338 >

                          А.Зверев, А.Долинин


     В  самом начале 1934 года Фолкнер приступил к работе над новым романом,
которому  он  первоначально  дал то же название "Темный дом", что и черновым
наброскам  "Света  в  августе".  В  основу романа были положены два рассказа
писателя  о  семействе Сатпенов: неопубликованная "Евангелина" (1931), где в
основных  чертах  уже  намечена сюжетная линия Чарльза Бона, Генри Сатпена и
его  сестры,  и  "Уош"  (1933) -- вариант будущей VII главы "Авессалома", где
речь идет об убийстве полковника Сатпена бедным арендатором Уошем Джонсом (в
"Евангелине"  Сатпен умирает своей смертью). Определяя свой замысел, Фолкнер
писал  Г. Смиту: "Роман -- о распаде или, вернее, насильственной смерти семьи
в  период  с 1860 примерно по 1910 г... Его основная тема -- человек, который
совершил  насилие  над  землей, и земля восстала против него, уничтожив весь
его род. Историю рассказывает или связывает воедино Квентин Компсон из "Шума
и  ярости". Он сам выступает как действующее лицо, а не просто как сказитель
легенд. Я ввел его, потому что он находится на пороге самоубийства, и я могу
использовать  его  озлобленность,  переходящую  в  ненависть к Югу и южанам,
чтобы  выжать  из  этой истории больше, чем позволил бы обычный исторический
роман. Так сказать, чтобы избавиться от кринолинов и цилиндров".
     Долгое  время, однако, Фолкнеру не удавалось продвинуться дальше первой
главы нового романа. Осенью 1934 года он вообще прервал работу над рукописью
и  вернулся  к  ней  лишь  полгода  спустя,  в  марте  1935  года, написав в
промежутке  целый  ряд рассказов и роман о летчиках "Вышка". Только в январе
1936  года  "Авессалом,  Авессалом!"  был завершен и 26 октября того же года
вышел   в   свет  в  издательстве  "Рандом  Хаус".  В  издание  вошли  также
хронологическая таблица к роману, генеалогия персонажей и карта Йокнапатофы,
составленные Фолкнером.
     Основные  рассказчики "Авессалома", Квентин Компсон и его отец, перешли
в  роман  из  "Шума  и  ярости".  Там  же среди персонажей фигурировал сосед
Квентина  по  гарвардскому  общежитию,  канадец Шрив, хотя в "Авессаломе" он
получил  другую фамилию (Маккенон вместо Маккензи). Оба романа связаны между
собой  не  только  общими персонажами, не только общим местом действия, но и
множеством тематических и ситуативных перекличек (например, тема инцеста), а
также  общим  литературным "подтекстом" -- монологом Макбета, давшим название
"Шуму и ярости" и несколько раз цитируемым в "Авессаломе".

Следующая

338 >