Уильям Фолкнер. Деревушка - 2
131 >
ее туалет в огромный саквояж, посадили ее в коляску, отвезли в город и
выдали замуж - за него.
Рэтлиф тоже был в Джефферсоне в тот понедельник. Он увидел, как они
втроем идут через площадь от банка к зданию суда, и пошел следом. Пройдя
мимо дверей канцелярии, он увидел, что они там; он мог бы подождать немного,
тогда он увидел бы, как они пойдут оттуда к мировому судье, стал бы
свидетелем бракосочетания, но не сделал этого. Ему это было не нужно. Он уже
знал, что происходит, а потому пошел прямо на станцию, прождал час до поезда
и не ошибся; он увидел, как в тамбуре появились рядом плетеный чемодан и
огромный саквояж, и это не казалось больше нелепым и странным; увидел за
плывущим окном вагона спокойное, красивое, похожее на маску лицо под
праздничной шляпой, оно глядело куда-то мимо, и это было все. Проживи он всю
весну и лето на самой Французовой Балке, он и тогда узнал бы не больше:
маленькая деревушка, безвестная, убогая, заброшенная однажды волею случая
приняла слепое семя, изверженное расточительным олимпийцем, и даже не
подозревала об этом, и смиренно зачала, и выносила, и родила; потом - ясное
короткое лето, стадия сперва центростремительная, когда три пролетки,
запряженные прекрасными лошадьми, чередуясь в строгом порядке, стояли у
ворот или колесили по окрестным дорогам между домами, лавками у
перекрестков, школами и церквами, где люди собирались, чтобы развлечься или
хотя бы забыться, а потом центробежная - разом, в одну ночь, пролетки
исчезли, пропали; тощий, нескладный, хитрый, безжалостный старик в бумажных
носках, изумительная девушка с красивым, неподвижным, как маска, лицом, и
эта жаба, это существо, едва достающее ей до плеча, они получают деньги по
чеку, платят за регистрацию, садятся в поезд; легенда, которой все, как
один, жаждут поверить, рожденная завистью и вековечным, неумирающим
сожалением, она крадется из дома в дом, над корытами и швейными машинами, по
улицам и дорогам, от фургона к верховому, а от верхового к пахарю,
остановившему свой плуг в борозде, - легенда, вожделенная мечта всех мужчин
на свете, мечтающих о грехе, - малолетних, только грезящих о насилии, на
которое они еще не способны, немощных и увечных, потеющих в бессонных своих
постелях, бессильных сотворить грех, которого они жаждут, дряхлых,
оскопленных старостью, еле ползающих по земле - самые почки и цветы на