Уильям Фолкнер. Деревушка - 2
35 >
заколдованный, вдруг на всем ходу стал поперек дороги, будто хотел
поворотить назад и перескочить прямо через повозку, но ведь Стэмпер сказал
только, что пара эта под стать, и ни словом не обмолвился, что его мулы
когда-нибудь работали парой. Да, они и впрямь были под стать друг другу в
том смысле, что ни один из них понятия не имел, когда другой сдвинется с
места. Но Эб сумел с ними совладать, и мы поехали дальше и уже стали
подыматься на тот большой пригорок возле городской площади, как вдруг видим,
они тоже в мыле, точь-в-точь как лошадь Бисли перед Уайтлифской лавкой. Но
это бы еще ничего, в тот день здорово парило; и тут я в первый раз заметил,
что собирается дождь; помню, глядел я на большое, светлое, словно бы
раскаленное облако на юго-западе и думал, что дождь нас захватит прежде, чем
мы доберемся до дому или хотя бы до Уайтлифа, и вдруг вижу - повозка уже не
поднимается вверх, на холм, а катится обратно, и тут я оглянулся и успел
увидеть, как эти мулы - теперь уж оба - встали поперек дороги и уставились
друг на друга через дышло, а Эб старается их развернуть и тоже вылупил
глаза, и вдруг они сами развернулись, и, помню, я еще подумал: вот удача,
что они не встали мордами к повозке. Потому что тут они рванули разом,
впервые в жизни или уж, во всяком случае, впервые с той минуты, как Эб стал
ихним хозяином, и мы вылетели на холм и вымахнули на площадь, как тараканы в
выгребную яму, повозка встала на два колеса, а Эб дергает вожжами и твердит:
"Сто чертей! Сто чертей!" - а народ, все больше женщины да ребятишки, с
визгом врассыпную, кто куда, а Эб еле заворотил в переулок за лавкой Кейна и
остановился, зацепившись колесом за колесо другой повозки, так что та,
другая упряжка помогла ему затормозить. Ну, собралась целая толпа, чтобы
помочь нам распутаться, а потом Эб отвел наших мулов к заднему крыльцу лавки
и привязал к столбу так туго, что морды задрались кверху, а люди все
подходят и говорят: "Глянь-ка, да это те самые Стэмперовы мулы", а Эб тяжело
дышит, и вид у него теперь далеко не беспечный, осталась одна
настороженность. "Давай, говорит, заберем этот треклятый сепаратор и
поехали".
Вошли мы в лавку, отдали Кейну тряпицу миссис Сноупс, он сосчитал эти
двадцать четыре доллара шестьдесят восемь центов, а мы забрали сепаратор и
пошли назад к повозке, туда, где мы ее оставили. Она-то стояла на месте,
