66 >

с  которой,  из-под ярких, облупившихся, неправдоподобных роз, ему улыбались
женские   лица  застывшей,  незрячей,  зазывной  улыбкой.  "Надо  будет  все
покрасить  заново  в  этом году; только бы не забыть. Наверно, он отдаст то,
что  легко горит, - подумал он. - Переведет на его имя. Так, чтоб все знали.
Да, - подумал он, - будь мое имя Билл Уорнер, а моего компаньона - Сноупс, я
бы  непременно  то  имущество, которое может гореть, записал на его имя". Он
медленно  пошел вперед, плотно застегнувшись на все пуговицы. Кроме него, на
улице  не  было  ни одного человека в пальто. Но ведь хворь на солнце быстро
проходит;  и  когда он вернется в город, пальто, может быть, ему больше и не
понадобится.  А  потом  не  понадобится и свитер - наступит май, июнь, лето,
долгие, славные жаркие дни. Он шел такой же, как всегда, только исхудавший и
побледневший, два раза остановился, чтобы сообщить двум людям, что, мол, да,
теперь  он в полном порядке, доктор из Мемфиса, видно, вырезал то, что надо,
может,  случайно,  а может, и по науке, пересек площадь под угрюмым взглядом
мраморного  солдата  Конфедерации,  вошел  в  здание  суда,  потом  зашел  к
нотариусу  и  там  нашел  то,  чего  искал  -  около  двухсот  акров земли с
постройками были записаны на имя Флема Сноупса.
     К  концу  дня его фургончик уже стоял посреди узкой малоезженной дороги
среди холмов, и он, не слезая, читал имя на почтовом ящике. Столб под ящиком
был  новый,  зато  сам  ящик  старый. Жесть была помята и покорежена; видно,
когда-то  ящик совсем сплющился, точно под колесо фургона попал, а потом его
снова  выпрямили,  но  корявые  буквы, возможно, были выведены на нем только
вчера. Они словно кричали: МИНК СНОУПС, - все сплошь заглавные, размашистые,
без  всякого  промежутка  между  словами,  ползущие  в  стороны  и вверх, на
изогнутую  крышку,  чтобы всем уместиться. РэтлиФ свернул на глубокую колею,
которая  вела  к  покосившейся  двухкомнатной  лачуге, одной из тех, что без
числа  разбросаны по глухим холмистым местам, где он разъезжал. Дом стоял на
холме;  ниже  был  грязный, загаженный навозом загон, а еще ниже, у подножия
холма хлев, который словно сбежал от человечьего духа - Оттуда вышел человек
с подойником, и в тот же миг Рэтлиф почувствовал, что за ним следят из дома,
хотя видно никого не было. Он остановил лошадей, но из фургончика не вылез.
     - Здрасьте, - сказал он. - Вы мистер Сноупс? Я привез вам машину.
     - Что привезли? - спросил мужчина в загоне.

Следующая

66 >