Уильям Фолкнер. Святилище - СВЯТИЛИЩЕ
14 >
покрывала копна выгоревших волос, спутанных и грязных. У него были
пронзительные светлые глаза и мягкая грязно-золотистого цвета бородка.
- Будь я пес, если это не шпик, - сказал он.
- Тебе что нужно? - спросила женщина.
Человек в комбинезоне не ответил. Проходя мимо, бросил на Лупоглазого
скрытный и вместе с тем восторженный взгляд, будто готовился рассмеяться
шутке и выжидал подходящего мига. Пройдя через кухню неуклюжей, медвежьей
походкой, по-прежнему с радостной, веселой скрытностью, хотя находился прямо
на виду, приподнял незакрепленную половицу и достал из-под нее галлоновый
кувшин. Лупоглазый глядел на него, заложив указательные пальцы в проймы
жилета, вдоль его лица от сигареты (он выкурил ее, ни разу не прикоснувшись
к ней) вился дымок. Взгляд был жестким, даже скорее злобным; он молча
смотрел, как человек в комбинезоне с какой-то веселой робостью идет обратно;
кувшин был неловко спрятан у него под одеждой; на Лупоглазого он глядел с
той же восторженной готовностью рассмеяться, пока не вышел из кухни. На
веранде снова послышались шаги его босых ног.
- Не бойся, - сказал Лупоглазый. - Я не расскажу на Мануэль-стрит, что
Руби Ламар стряпает еще для болвана и дурачка.
- Сволочь, - сказала женщина. - Сволочь.
