Уильям Фолкнер. Святилище - VIII
50 >
маленькие часики и поглядела на них. Подняла голову и взглянула прямо на
него, глаза ее были спокойны и пусты, как два отверстия. Чуть погодя, снова
глянула на часики и спрятала их в чулок.
После этого Темпл встала с кровати, сняла пальто и неподвижно застыла,
похожая в своем коротком платье на стрелу, голова ее была опущена, руки
сжаты на груди. Снова села на кровать. Посидела, плотно стиснув ноги и
опустив голову. Выпрямилась и оглядела комнату. Томми слышал доносящиеся с
темной веранды голоса. Они повысились было снова, потом стихли до негромкого
бормотанья.
Темпл подскочила на ноги. Расстегнула платье, ее тонкие руки поднялись,
изогнувшись дугой, тень повторяла ее движения, словно передразнивая. Чуть
пригнувшись, одним движением сбросила его и осталась в едва прикрывающем
наготу белье, тонкая, словно спичка. Голова ее была обращена к запирающему
дверь стулу. Отшвырнув платье, потянулась к пальто. Надела его, запахнула и,
вцепясь в рукава, сложила руки. Затем, прижав их к груди, обернулась,
взглянула прямо в глаза Томми, повернулась и прижалась к стулу.
- Черт бы их взял, - прошептал Томми. - Черт бы их взял.
Он прислушался к доносящимся с передней веранды голосам, и все тело его
стало медленно корчиться в мучительной горечи.
- Черт бы их взял.
Когда он снова заглянул в комнату, Темпл шла в его сторону, придерживая
полы пальто. Сняв с гвоздя плащ, она натянула его поверх своего одеяния и
застегнулась. Потом сняла фляжку и вернулась к кровати. Положила фляжку на
кровать, подняла с пола платье, отряхнула его, тщательно свернула и положила
туда же. Потом откинула одеяло, обнажив матрац. Там не было ни белья, ни
подушки, когда она коснулась матраца, послышался легкий сухой шелест мякины.
Сняв туфли, Темпл поставила их под кровать и влезла под одеяло. Томми
слышал, как захрустел матрац. Легла Темпл не сразу. Она сидела прямо,
неподвижно, в ухарски сдвинутой на затылок шляпке. Потом положила фляжку,
платье и туфли в изголовье, запахнула вокруг ног полы плаща, легла и
укрылась одеялом, потом снова села, сняла шляпку, распустила волосы,
положила шляпку рядом с остальными вещами и собралась было лечь снова.
Однако вновь замешкалась. Расстегнув плащ, вынула откуда-то пудреницу и,
глядясь в крошечное зеркальце, распустила и взбила пальцами волосы,
припудрила лицо, спрятала пудреницу, снова взглянула на часики и застегнула
